Как спасся Осман-паша

Победа как залог поражения

Не стоит думать, что если бы Павел Нахимов не одержал победы в Синопском сражении, России не пришлось бы терпеть позор . Объявление Турцией войны Российской империи было далеко не самостоятельным решением: за Османской империей стояли Англия и Франция, всерьез обеспокоенные тем, насколько укрепилось влияние нашей страны и в Европе, и на Балканах, и на Дальнем Востоке. Требовался только повод для того, чтобы англо-французская эскадра вошла в Черное море и вступила в боевые действия на турецкой стороне. И если бы им не стал Синоп, то нашелся бы другой повод. Тем не менее до последних своих дней «автор» Синопского триумфа вице-адмирал Павел Нахимов искренне считал себя виновным в том, что его победа послужила поводом к войне.

Видео

Видео

Сорвать десант любой ценой

Русская эскадра в составе 7 кораблей подошла к Синопу 20 ноября. Наблюдатели заметили на рейде 4 турецких фрегата, однако предпринять какие-либо действия русские моряки не могли — эскадра попала в сильный шторм. Поздняя осень — время частых штормов на Черном море, поэтому подчиненным Нахимова приходилось бороться не только с противником, но и с природой. 

Пока русские моряки преодолевали шторм в открытом море, в бухту Синопа вошла эскадра Осман-паши. Турецкий флотоводец имел приказ переждать непогоду в бухте под укрытием мощных береговых батарей, после чего отправиться для высадки десанта.

Статья по теме «Морская Полтава». Как царь Петр взял шведов на абордаж

22 ноября Нахимов отправил в Севастополь на ремонт три корабля своей эскадры, пострадавших при шторме, а также пароход с донесениями. Имея в распоряжении три корабля, вице-адмирал рассчитывал атаковать турок в Синопе, еще не зная о прибытии эскадры Осман-паши.

Однако 23 ноября Нахимов убедился — в бухте Синопа под прикрытием береговых батарей стоят 7 фрегатов, 2 корвета, 1 шлюп и 2 больших парохода. Все эти силы готовятся отправиться для высадки десанта. Атаковать турок силами трех кораблей было невозможно, поэтому Нахимов заблокировал выход из бухты, ожидая подкрепления.

24 ноября из Севастополя на помощь Нахимову вышли три корабля под командованием контр-адмирала Федора Новосильского, которые прибыли к Синопу 28 ноября. Присоединился к эскадре и выполнявший роль наблюдателя фрегат «Кагул».

Медлить больше было нельзя. Нахимов допускал, что на помощь турецкой эскадре подойдут новые силы. Кроме того, угроза высадки османского десанта на Кавказе была настолько серьезной, что пренебрегать ей было нельзя даже под угрозой вмешательства в войну Англии и Франции.

29 ноября фрегат «Кулевчи» доставил Нахимову предписание щадить Синоп «по возможности», дабы не давать англичанам и французам формального повода. Однако фраза «по возможности» давала понять, что обезвредить турецкую эскадру значительно важнее. Вечером 29 ноября вице-адмирал Нахимов принял решение атаковать турецкие силы в Синопе утром 30 ноября.

Храбрость и взаимовыручка

Несмотря на ураганный огонь турок, русские корабли не отвечали им до тех пор, пока все не стали на якоря согласно диспозиции. Флагман Нахимова — «Императрица Мария»—- потерял большую часть рангоута, но по инерции дошел до назначенного ему места. Он начал бой обстрелом флагманского фрегата Осман-паши «Аунни Аллах». Через полчаса противник вынужден был выброситься на берег. Затем «Мария» подожгла и заставила выброситься на берег еще один 44-пушечный фрегат — «Фазли Аллах».

120-пушечный «Великий князь Константин» залпами бомбических пушек уже через 20 минут после открытия огня уничтожил 58-пушечный фрегат «Навек Бахри», который взорвался и засыпал горящими обломками одну из батарей. Следом вышел из боя снесенный ветром к берегу 60-пушечный «Несифи Зефер». На нем, среди прочего, ядром с «Константина» перебило якорную цепь.

120-пушечный «Париж» (флагман Новосильского), обстреливая береговую батарею, параллельно взорвал один из корветов и последовательно вывел из строя два фрегата: 56-пушечный «Дамиад» и 62-пушечный «Низамие».

                         ©

©

Ф.М. Новосильский.

Третий 120-пушечный гигант «Три Святителя» оказался в очень непростой ситуации. Турецким ядром перебило один из двух его якорных канатов, и корабль ветром развернуло кормой к одной из береговых батарей. Из-за этого он подвергся очень опасному анфиладному (продольному) обстрелу. Выручил 84-пушечный «Ростислав», который прикрыл попавший в беду корабль своим корпусом и огнем пушек.

Через 15 минут русские матросы во главе с мичманом Петром Николаевичем Варницким под обстрелом врага смогли завести новый якорь и выправили положение. Им пришлось перебраться с одного баркаса, разбитого ядром, на другой, сам Варницкий был дважды ранен, но герои все же выполнили поставленную задачу. А вернувшийся в сражение линкор «Три святителя» огнем своих орудий отбросил на берег 54-пушечный фрегат «Каиди Зефер».

«Ростислав», прикрывая товарищей, едва не погиб. Обрушившиеся на него каленые ядра и разрывные «гранаты» подожгли ткань, упавшую через люк в пороховой погреб. Находившиеся там матросы бросились было к выходам, но мичман Николай Александрович Колокольцев запер их и лично возглавил тушение пожара. Его хладнокровным мужеством «Ростислав» был спасен!

                         ©

©

Линейный корабль «Париж».

Отличились и многие другие русские моряки. Их усилиями к 15 часам были уничтожены или выведены из строя все турецкие корабли (кроме сумевшего ускользнуть парохода «Таиф»), а к 16 часам окончательно подавлены все береговые батареи. Большую роль в столь полном и решительном разгроме турецкой эскадры сыграли бомбические пушки, впервые примененные при Синопе в ходе крупномасштабного сражения. Их взрывающиеся ядра быстро приводили деревянные корабли врага в небоеспособное состояние.

Море огня

Казалось, что в Синопской бухте пылает даже море. Горели и взрывались остававшиеся еще на плаву корабли. Горела турецкая половина города, в панике брошенная жителями. Греческая половина осталась целой. Дело в том, что греки не покинули свои дома и в зародыше гасили пожары, занимавшиеся от случайно залетевших ядер и горящих обломков турецких кораблей. Они не боялись русских, в отличие от турок, на которых и лежит подлинная вина за гибель их домов.

Но сожжение вместе с турецким флотом половины Синопа вызвало крайне негативную оценку в европейских газетах. Там будто не знали, что русская эскадра сражалась с вооруженным врагом, объявившим России войну. Славную победу нашего флота нагло называли «синопской резней»!

А ведь наши моряки после сражения, несмотря на все еще не погасшие пожары и огонь из самопроизвольно стреляющих пушек горящих кораблей, спасли и взяли в плен около двух сотен турок, в числе которых был и сам командующий турецкой эскадрой Осман-паша.

Победа при Синопе вызвала на Западе черную зависть и лютую ненависть, что само по себе неудивительно. Ведь недаром еще задолго до этой победы граф Алексей Орлов-Чесменский писал, что в Европе «нам не прощают ни искусных распоряжений, ни смелости выполнения». С тех пор ничего особо не изменилось. И вряд ли когда-то изменится…

Теги

Adblock
detector